varandej | Вильнюс. Часть 13: руины Северного Иерусалима. Гетто и Панеряй.

Одно из старых прозвищ Вильнюса - Северный Иерусалим: в 18-19 веках он сделался негласной столицей Идишланда, интеллектуальным и духовным центром людей, говоривших на идиш. В войну еврейская община Литвы была уничтожена на 94% - жуткая цифра даже в контексте всего Холокоста, и сейчас о её было существовании не напоминает почти ничего. И всё же попробую рассказать о следах еврейского прошлого в самом Вильнюсе, и о Понарском лесу, где оно сгинуло.

В конце поста - об одном редком железнодорожном объекте, расположенном там же, в Понарах.

Когда в Вильно появились евреи, теперь уже точно неизвестно - первое упоминание о еврейских купцах, имевших даже свой гостиный двор, относится к 1326 году, но скорее всего эти купцы были пришлыми. Первое еврейское кладбище упоминается под 1483 годом, но в целом Великое княжество Литовское, вопреки расхожему мнению, пускать в свои пределы евреев не очень-то спешило. Вообще, евреи в Речи Посполитой стали прямым следствием "шляхетской демократии", а вернее слабости собственно польско-литовского купечества, поэтому магнаты предпочитали для презренной торговли приглашать инородцев, будь то татары и караимы в Литве, армяне в Галиции или евреи в Коронной Польше. Еврейская экспансия в Литву началась в 1593 году с указа короля Зигмунда Вазы, дозволявшем евреям иметь здесь недвижимость и открывать синагоги. Впрочем, первая виленская синагога известна с 1572 года, а уже в 1592 она была сожжена в ходе погрома. Простоявшее до войны здание Большой синагоги было возведено в 1630-33 годах, и со временем она стала центром Идишланда:

2а.

Но события, превратившие Вильнюс в Северный Иерусалим, начались в 18 веке на Украине, в Меджибоже. Речь о появлении нового иудейского течения - хасидства, возникшего во многом как следствие Хмельничины: до войны Катастрофой евреи называли именно погромы, учинённые казаками во время украинско-польской войны, в которых погибло до ста тысяч человек. Как и после Холокоста в ХХ веке, жить после Хмельничны как прежде украинские евреи уже не могли, заговорили о скором конце света и пришествии мессии, и это стало благодатной почвой для нового учения. Но Литву (включая Беларусь) Хмель-Злодей никак не затронул, поэтому здесь картина мира была несколько иной: хасиды с их преклонением перед цадиком ("праведником", духовным лидером общины), сказками и плясками казались литвакам дикостью на грани язычества. Здесь возникло обратное течение миснагадим ("протест"), где во главу угла, как было заведено испокон веков, ставилось знание Торы. Литваков возглавил Элияху бен Шломо Залман, более известный как Виленский Гаон ("гений") - родился он под Брестом, учился в Кейданах (Кедайняй), долго странствовал по общинам Европы, общаясь с самыми просвещёнными из иудеев и изучая первоисточники, и наконец в 1745 году обосновался в Вильне, где даже не будучи раввином, вскоре достиг огромного авторитета и влияния - его идеи воспринял даже шляхтич Валентин Потоцкий, перешедший в иудейство и по легенде сожённый за это на костре в 1749 году.

2б.

Однако иудаизм Виленского Гаона был не только ортодоксальным, но и - просвщённым. Особенности литвацких местечек стали огромные для своего времени иешивы - самые крупные возникли на территории Беларуси, в Воложине (1806) и Мире (1815). Мирская иешива, например, накануне войны успела эвакуироваться в Бруклин, где существует по сей день и остаётся крупнейшей на планете. Но её старые здания сохранились:

2.

Виленская иешива же в 1873 году и вовсе была повышена до Еврейского учительского института, при том, что "обычный" учительский институт в Вильно открылся лишь в 1876 году. Увы, о том, где именно находилось это здание, я узнал лишь после написания поста из комментария

vyrud, поэтому даю фото из литовский википедии.

3.

В общем. в 19 веке Вильнюс стал не экономическим (как Одесса или Киев), даже не духовным (как Умань или Бердичев), а именно интеллектуальным центром Идишланда. Даже небезызвестный Илья Ефрон (который вместе с Брокгаузом выпустил знаменитую энциклопедию) приходился Виленскому Гаону правнуком. В 1864 году евреям было разрешено селиться по всей территории города, но расцвета Северный Иерусалим достиг уже вне Российской империи. В 1915 году (при "первых" немцах!) образовалась Еврейская филармония (по совместительству драмтеатр и спортивное общество "Макаби"), здание которой ныне занимает Еврейский музей на Новогрудской улице:

4.

А в бывшем доходном доме Янова на Большой Погулянке (по ссылке он же на кадре №29) в 1925 году открылся Еврейский научный институт, с 1940 года как НИИ Идиша обитающий в Нью-Йорке и занимающийся исследованием культурного наследия европейских и американских ашкенази (в первую очередь языка идиш, литературы и фольклора). Вообще, тут были еврейские больницы, спортивные залы, гимназии, дома престарелых и много-многое другое - как часто бывает, хороший текст о сохранившемся еврейском наследии Вильнюса мне попался лишь по возвращении. Приеду сюда снова - воспользуюсь им как путеводителем, ну а так может кому другому ссылка пригодится? По осколкам Северного Иерусалима можно построить маршрут на целый день.

5.

Самый, пожалуй, выдающийся виленский литвак после Гаона - это Цемах Шабад, общественный деятель, публицист и просто врач... настолько хороший врач, что знакомый с ним Корней Чуковский упоминал его как прототип доктора Айболита. Но в Вильне он известен как один из основателей (впрочем, не главный) Еврейсого научного института, еврейской партии в Блоке Национальностей и светских школ для еврейских детей - в общем, достойный продолжатель "просвящённого ортодоксального иудейства". Памятник ему открыт в 2007 году на Площади Гетто:

6.

Упоминается, что в довоенном Вильно было 105 синагог - и в принципе в эту цифру можно поверить, ведь синагоги в большинстве своём были небольшими и не выделяющимися в застройке, поэтому во многих городах (Одесса, Херсон, Черновцы) их насчитывались десятки. Впрочем, слышал, что в эту цифру входили и молельные комнаты, а сколько синагог занимали отдельные здания - вряд ли кто-то ещё знает. Большая синагога сгорела в войну и была окончательно снесена в 1950-е годы, о других довоенных синагогах я не нашёл вообще никаких сведений. Вроде бы несколько синагогальных зданий всё же уцелело - но и те очень невзрачны и расположены во дворах, преимущественно в Ужуписе и кварталах по обе стороны Пилимо от Гелию-Руднинку до Новогрудской-Лидской. Там же, фасадом на Пилимо - действующая Хоральная синагога (1899-1903), также известная как Таарат Ха-Кодеш, возрождённая в 1994 году.

7.

Причём с улицы почти невозможно углядеть её синий купол, хорошо заметный в панораме Вильнюса:

8.

А крыши перед синагогой - это старый еврейский квартал. Мы зашли в него с улицы Лигонинес, и папа тут же заметил, что советская архитектура здесь напоминает Тель-Авив (где он, в отличие от меня, был, но я знаю зато, что в Тель-Авиве много построили архитекторы школы "баухауз" еврейского происхождения) - и ведь как часто бывают такие совпадения! На параллельной Жемайтской улице (куда мы зайти не догадались) до войны каждый второй дом был занят синагогой, там же при фашистах находилась и тюрьма гетто.

9.

В остальном же Еврейский квартал ничем особым не отличается от большей части Старого города. Узкие улочки, ветхие дворики (особенно обращённые к Пилимо), колокольня (1743) крамелитского монастыря Всех Святых:

10.

Хотя кое-где виден синий купол синагоги, а на домах, вроде бы, местами сохранились надписи на идиш:

11.

Два дворика по разные стороны брандмауэра - один на Лингонинес, другой на Пилимо:

12.

13.

Посреди всего этого - собственно площадь Жертв Гетто, ныне представляющая собой сквер. А до войны тут и площади не было, а был плотный квартал. Немцы вошли в Вильнюс на третий день войны, и Холокост здесь начался почти сразу: ещё до образования Виленского гетто (31 августа 1941) в различных акциях и облавах более 20 тысяч евреев были арестованы (чаще всего просто схвачены на улице) и убиты в Панеряйском лесу. Гетто же было относительно небольшим, "всего" около 40 тысяч человек, и относительно открытым - вот например впечатляющий текст об истории театра в гетто. На площади гетто о былом напоминает мемориальная доска, где есть в том числе его карта - площадь как раз на месте прямоугольного квартала внизу справа. Видно и то, что в Вильнюсе было два гетто: Малое (10 тысяч обитателей, уничтожено в октябре 1941 голда) и Большое (30 тысяч обитателей, уничтожено в 1943 году).

14.

В сквере же теперь детская площадка, и о чёрном прошлом не напоминает совсем ничего:

15.

...До войны литваки жили относительно мирно - в отличие от Украины и Новороссии, на территории Виленской и Ковенской губерний и погромов-то не было (не считая погрома 1919 года, устроенного польскими солдатами), и почему в войну над ними расправились с такой жестокостью, не совсем понятно. Сейчас это объясняют так: в 1939-40 годах советскую власть поддержали именно евреи, они же в основном вошли в новую коммунистическую администрацию, и расправа над евреями была местью за обрушившиеся на Литву репрессии и депортации... но мне с трудом верится, что такая ненависть могла возникнуть за два года. Другое объяснение: к моменту распада Российской империи евреи составляли в литовских городах большинство, и в отличие от ушедших восвояси русских, они и после обретения независимости остались хозяевами городов, взирая на литовцев как на неотёсанную деревенщину, и желание "окончательно решить еврейский вопрос" зрело в Литве весь межвоенный период. Однако факт остаётся фактом: большинство литовских евреев были убиты в первые месяцы войны, причём не столько нацистами, сколько самими литовцами, и не только в Вильнюсе, а по всей стране. В итоге в Литве действовало всего 4 относительно небольших гетто - в Вильнюсе, Каунасе, Шяуляе и Швянчёнесе. А основным местом расстрелов, как уже говорилось, с июля 1941 года стал Панеряйский (Понарский) лес в 16 километрах юго-западнее города. Там сейчас находится железнодорожная станция Понары и посёлок при ней, куда даже на машине мы ехали долго и не без плутаний.

16.

На самом деле даже два посёлка - Верхний и Нижний Панеряй, расположенные соответственно на железнодорожном и автомобильном выездах из Вильнюса, причём в Нижнем сохранилась церковь 18 века... но между ними даже нет прямой дороги, и нам - именно в Верхний Панеряй, со всех сторон окруженный лесом. Его центр - небольшой вокзал польской постройки:

17.

И если, стоя к нему лицом, повернуть налево - примерно через километр попадёшь на опушку Панеряйского леса, этого виленского Бабьего Яра.

18.

Их устройство в общем-то довольно похожее: тихий лес, по которому расставлены многочисленные памятники. Помимо 50-70 тысяч евреев тут были убиты: 20 тысяч поляков (солдаты Армии Крайовой и виленская интеллигенция), 7,5 тысяч красноармейцев, около пятисот католических священников, душевнобольные и персонал местной больницы, тысячи людей из других оккупированных нацистами стран, в первую очередь Польши и самой Литвы. Как и на Бабьем Яре, что большинство погибших всё-таки жертвы Холокоста, не подчёркивалось до 1990-х годов - скажем, камень у входа (на кадре выше) поставлен в 1985 году, но "еврейская" плита на нём только в 1991.
Чуть поодаль, у железной дороги - памятник польским солдатам из Армии Крайовой (1990):

19.

Чуть дальше - памятники литовцам. Обелиск - в честь убитых солдат, треугольник - в честь партизан. Удивительно, но литовцам хватило благородства не втыкать сюда памятников жертвам сталинизма.

20.

21.

В глубине бора - музей, оказавшийся закрытым, но на его стене карта мемориала:

22.

Рядом местная Менора (1991) и старейший в этом лесу советский обелиск "Жертвам фашистского террора" (1948):

23.

Венки - видимо, напоминание о прошедшем недавно Дне Победы:

24.

Но самое страшное - там, в глубине этого тихого светлого бора. Панеряйские ямы:

25.

Если в Киеве расстрелянных сбрасывали в глубокий овраг, в Понарах в ход пошли глубокие (до 8м) ямы, вырытые при Советах для строительства нефтебазы (рядом же узловая станция!). В одной из них содержалось 80 заключённых, на которых возлагалась чёрная работа: в 1943 году, после поражений Восточного фронта, фашисты решили заметать следы - "фигуры" выкапывали из ям, сжигали большими кострами и в буквальном смысле слова стирали в порошок (по этой причине невозможно установить точное числое уничтоженных тут людей - их уничтожили без остатка). Вот здесь - воспоминания одного из тех заключённых, кто сидел в этой яме - но всё-таки сумел сбежать к партизанам.

26.

Всего здесь 5 таких ям, и в каждой сгинули тысячи людей. Папа, бывавший здесь в 1970-е годы, вспомнил, что тогда ямы были ещё страшнее - на всю глубину, без малейшей отделки, и лишь у каждой табличка "В этой яме в 1941-43 годах немецко-фашистскими оккупантами было уничтожено столько-то тысяч человек".

27.

28.

Непостежимо мрачное место, и царящая вокруг лесная идиллия с поющими птичками и толстыми виноградными улитками лишь добавляет ощущение противоестественности, запредельности творившихся здесь злодеяний.

29.

Это тяжёлое чувство хотелось чем-нибудь перебить, поэтому напоследок расскажу о достопримечательности Понар, не имеющей уже никакого отношения к уничтоженному Северному Иерусалиму. Как уже говорилось, Верхний Панеряй развивался как посёлок при грузовой станции, для терминала которой и были выкопаны эти ямы, но ещё в 1861 году здесь был построен первый в Российской империи железнодорожный тоннель. И мало того, что первый - прослужив около 100 лет и пережив две Мировые войны, ныне он ещё и заброшен. Мы вернулись к вокзалу - по карте от него до тоннеля ещё километр в противоположную лесу сторону:

30.

Но дальше от грузовой станции отходят пути к складам, и туда ли ехать (тем более с российскими номерами!), я засомневался. В итоге я увидел группу железнодорожных охранников, и поинтересовался у них. И если в России скорее всего последовал бы ответ "А вам зачем туда? Нечего там смотреть!", а дальнейший разговор зависел бы от моей личной харизмы, здесь видимо охранники не одержимы террористофобией и привыкли, что желающие поглядеть на заброшенный объект регулярно находятся: нам не просто объяснили дорогу, а ещё и нарисовали схему на песке, подробно рассказали обо всех достопримечательностях отсюда до Тракая, немного поговорили о политике (почему-то охранников очень возмущало, что мы у себя в России до сих пор не посадили Сердюкова, "он же вам всю армию развалил!") и о литовских "лесных братьях" (по словам охранника, со слов его отца всё было примерно так, как показано в фильме "Никто не хотел умирать"). Как часто в соседних странах мне встречаются такие люди, явно ностальгирующие по близости к России!

Припарковавшись у путей, мы прошли вдоль железной дороги. Непривычного видал локомотив я сначала принял за что-то польское, но как в комментах пояснил

ezyk091978, таки российский ТЭМ-ТМХ, выпускавшийся Трансмашхолдингом специально для Прибалтики.

31.

В принципе распадок за длинным холмом, отделяющим нашу цель от нынешней железной дороги хорошо виден практически от вокзала. Ближе открывается вот такой потрясающий вид:

32.

Вообще, Страна великих равнин небогата тоннелями и виадуками, профили наших железных дорог (кроме, конечно, Кругобайкалки и БАМа) несравнимо проще, чем даже у австрийских линий в украинских Карпатах. Тем не мнее, в 1859-61 годах в Вильне и Ковне были построены два тоннеля - по словам

vyrud, без острой необходимости, просто Александр II, побывав в Швейцарии и впечатлились тамошними тоннелями, задумал построить что-то подобное и в России - как раз когда прокладывалась магистраль Петербург-Варшава с ответвлением к Кёнигсбергу. Но может быть. это и легенда наподобие "царского пальца" на Николаевской железной дороге?

33.

Длина тоннеля 427 метров, высота 6,5 метров, а ширина - 8 метров, он строился сразу двухпутным. После того, как в 1960-е годы линию наконец проложили в обход (от чего она стала длиннее всего на пару километров), тоннель заселили летучие мыши, для защиты которых в 2004 году он был перекрыт. Но в общем впечатляющее сооружение! Внутри душно, сыро и скверный запах - причём не человеческий...

34.

Охранники объясняли нам, как проехать ко второму порталу, а можно было наверное и пройти пешком через лесок, но мы поленились, да и время поджимало - впереди ждали Тракай и Каунас. Напоследок - гигантский грузовой терминал на окраине Вильнюса: как я понимаю, город служит крупной перевалочной базой между Евросоюзом и СНГ.

35.

О евреях же в нынешней Литве стараются попросту не вспоминать. Но - "страницы истории делятся на те, которые человечество забывать не хочет, и на те, которые забыть не может".

И да, надеюсь всем понятно, что за любое разжигание может последовать бан без предупреждения? Также прошу учесть, что значительная часть увиденной в этом посте "лжи", "клеветы" и "передёргиваний" вполне может оказаться банальной фактической ошибкой.

В следующей части, в порядке антитезы, пройдёмся по Виленской кальварии.

ЛИТВА-2013
Вступление и оглавление.
Граница Литовского княжества.
Из Москвы в Белую Русь. Смоляны, Лепель и Бабцы.
Из Белой Руси в Чёрную Русь. Бегомль, Будслав, Вилейка.
Из Чёрной Руси и Литву. Сморгонь, Крево, Медининкай.
Вильнюс.
Виды сверху.
Виленские замки.
Виленский университет.
Пилес - Диджёйи - Аушрос-Варту. Ось Старого города.
Старый город. Общее.
Старый город. Избранное.
Республика Ужупис.
Антакальнис (Антоколь).
Павильняйские холмы и Бельмонтас.
Новый город. Вокзал и Погулянка.
Новый город. Лукишкес (Лукишки).
Новый город. Жверинас (Зверинец) и Шнипишкес.
Северный Иерусалим. Гетто и Панеряй.
Виленская кальвария.
Жизнь в сокровищнице. Люди и реалии Вильнюса.
Литва. Прошлое и настоящее.
История и архитектура.
Природа и этнография.
Люди и реалии.
Дзукия (Дайнава).
Тракай.
Аукштадварис и Чёртова яма.
Румшишкес. Литовский скансен.
Кедайняй (хотя он уже не в Дзукии).
Каунас.
Малая Литва (Мемельланд).
Жемайтия (Жмудь, Самогития, Нижняя земля).
Аукштайтия (Верхняя земля).
Латгалия в Латвии.
Дорога домой через Любавичи.
.

Flat | Top-Level Comments Only

From:

dima1989.livejournal.com

Панеряй - действительно страшное место, по типу Бутовского полигона.

О евреях ты забыл упомянуть уроженку Вильнюса писательницу Александру Бруштейн (Выгодскую в девичестве) и её трилогию "Дорога уходит в даль" - достаточно известное произведение автобиографического характера, действие которого происходило в Вильно в последние годы 19 века. Причём она училась в институте благородных девиц, единственном в Империи, куда принимали некрещённых евреек. Её отец, Яков Выгодский был хасидом, основателем первого в мире общества врачей-евреев (странно, что до этого додумались только в Вильнюсе) и погиб в Виленском гетто в декабре 41-го.

From:

varandej.livejournal.com

Виленские евреи до многого додумались первым.
Брунштейн мне раньше уже цитировали, но я с её творчеством совсем не знаком...

Another break in the Wall

Вильнюс. Часть 13: руины Северного Иерусалима. Гетто и Панеряй.

Page Summary

Style Credit

Expand Cut Tags